Назад к книге

Поместье «Снигири»

Анна Дашевская

Расследования Алексея Верещагина #5

Вторая книга о Бюро расставаний и его работе. На сей раз в Бюро обращается старинный знакомый, который никак не может продать родовое гнездо. Март, подмосковное имение, отрезанное от дорог внезапным снегопадом, гости, приехавшие праздновать равноденствие… Может ли в таких условиях не случиться убийство? Алексей Верещагин не может приехать, но это не помешает ему расследовать преступление, в котором оказались замешаны его арендаторы.

Анна Дашевская

Поместье «Снигири»

Глава 1

19 марта 2186 года

«Сегодня ровно год с того самого дня, когда я вышла из госпиталя.

Март в этом году выдался холодный, мокрый и очень ветреный. Ну, зато зима была настоящая, снежная и морозная. Правда, я всё равно зиму не люблю, наверное, надо было мне родиться на юге, где-нибудь в Элладе. И ведь был шанс! Увы, к моменту моего появления на свет родители уже прочно обосновались в Саратове. А теперь и их нет на свете, и я сама перебралась в Москву.

Вот думаю, брать ли с собой дневник? Вроде едем мы на три или четыре дня, вряд ли произойдёт что-то настолько важное, чтобы записывать. Решено, оставлю дома. Попрошу домовушку присмотреть.

Веди себя хорошо в моё отсутствие, дорогой дневник!».

Елена аккуратно закрыла обложку толстой тетради и убрала её в ящик тумбочки возле кровати. Потом позвала негромко:

– Мелания!

– Здесь я! – раздалось откуда-то из глубин платяного шкафа.

Отчего-то не любили показываться на глаза оба домовых, присматривающих за домом на углу Костянского и Селивёрстова переулков, предпочитали разговаривать из укрытия: Аркадий Феофилактович с подоконника, а жена его – из шкафа или из-за шторы.

– Мы с Андреем уезжаем на несколько дней по делам, – сообщила Лена, аккуратно укладывая в дорожную сумку чехол с блузками. – Пожалуйста, прикрой какой-нибудь незаметностью мой дневник, ладно?

– Будет сделано. Вдвоём едете?

– Наверное.

– А этих что же, одних оставляете?

– Не знаю пока, – Лена закрыла сумку и поставила её возле двери. – Вроде бы звали только нас. Но я ещё поговорю с Андреем.

С этими словами она вышла из комнаты и направилась в рабочий кабинет, который вот уже почти полгода делила с другом и компаньоном, Андреем Белановичем. Если бы Елена прошла по коридору дальше, к входной двери, и открыла бы её, то могла бы ещё раз полюбоваться на табличку – бронзовую, пока ещё не потускневшую под дождём и снегом. Чёткие буквы надписи гласили: «Вакарисасеи. Агентство правильных расставаний».

Компаньон за своим столом проверял счета. Отложив ручку, он потянулся и с удовольствием сказал:

– Поздравляю тебя, мы вышли на положительный баланс.

– Да ну?

– Ну да! Последнее дело, за которое, кстати, ты не хотела браться, принесло на наш счет почти три тысячи дукатов. Это позволяет закрыть все расходы за первый квартал и ещё остаться в плюсе.

– Ну, не хотела… – Елена села за свой стол. выдвинула верхний ящик, посмотрела в него и снова закрыла. – Я с самого начала опасалась именно таких клиентов. «Ах, я не знаю, как ему сказать, что больше его не люблю!» – писклявым голосом она кого-то передразнила. – Словами надо говорить, и всё получится! А уж платить немалые деньги только для того, чтобы выставить из своей жизни нежеланного мужчину…

– Всё-таки не забывай, что у нас было и дополнительное задание, за которое, собственно, госпожа Березуцкая и заплатила. Мы ж забрали у него документы, не так ли?

– Забрали… – она пожала плечами. – Ладно, закрыли и забыли. Расскажи мне, куда мы едем и чем занимаемся на сей раз? Кто и с кем желает расстаться?

– Мой давний знакомый, – Андрей перебросил на её стол картонную папку. – Вадим Витальевич Снигирёв, называет себя предпринимателем. Желает избавиться от подмосковного имения.

– Да? – раскрыв папку, Елена посмотрела на два сиротливо болтающихся в ней листочка договора. – А что, риэлторы в Москве уже перевелись? Почему к нам?

– Там сложности, – туманно ответил Андрей, покрутив в воздухе пальцами. – И мы едем посмотреть на хозяев, имение и обстановку. Нас пригласили праздновать весеннее равноденствие.

– Едем так едем, повод ничуть