Назад к книге

Золотые пауки

Рекс Тодхантер Стаут

Иностранная литература. Классика детективаНиро Вульф

Ниро Вулф, страстный коллекционер орхидей, большой гурман, любитель пива и великий сыщик, практически никогда не выходит из дому. Все преступления он распутывает на основе тех фактов, которые собирает Арчи Гудвин, его обаятельный, ироничный помощник с отличной памятью.

К Вулфу обращается соседский мальчишка Пит. Он рассказывает о женщине в «кадиллаке», с царапиной на щеке и золотыми серьгами в виде пауков, которая попросила его вызвать полицию, так как мужчина на пассажирском сиденье угрожает ей пистолетом. На следующий день Пита сбивает машина. Перед смертью мальчик успевает попросить мать, чтобы та отдала сыщику все содержимое его копилки – четыре доллара тридцать центов. Вулф вынужден взяться за поиски убийцы…

Рекс Стаут

Золотые пауки

Глава 1

Обычно если в дверь нашего старого особняка из бурого песчаника на Западной Тридцать пятой улице звонят, когда мы с Ниро Вулфом обедаем, то дверь открывает Фриц. Но в тот вечер я пошел к двери сам, так как Фриц пребывал в дурном расположении духа и не смог бы как полагается встретить посетителя, кем бы тот ни был.

Настроение Фрица нуждается в пояснении. Ежегодно, в середине мая, фермер из-под Брустера по особой договоренности с Ниро Вулфом сует в мешок восемнадцать или двадцать только что подстреленных им скворцов, садится в машину и едет в Нью-Йорк. Разумеется, дичь должна быть доставлена к нам не позже чем через два часа после охоты. Фриц ощипывает ее, подсаливает, в нужный миг, ни раньше ни позже, поливает растопленным маслом, заворачивает в листья шалфея, запекает на рашпере и укладывает на подогретое блюдо с густой полентой, сваренной из мельчайшей кукурузной муки с маслом, тертым сыром, солью и перцем.

Вулф всегда с нетерпением ожидает это дорогое лакомство, но в день, о котором я рассказываю, он устроил целое представление. Когда Фриц поставил дымящееся блюдо на стол, Вулф пошмыгал носом, наклонил голову набок, засопел и уставился на Фрица:

– А шалфей?

– Нет, сэр.

– То есть как это «нет»?

– Я подумал, вам понравится, если я разок приготовлю это блюдо по-своему, с шафраном и эстрагоном. Пучок свежего эстрагона и немного шафрана. Именно так готовят соус в…

– Убери!

Фриц окаменел и поджал губы.

– Ты со мной не посоветовался, – холодно сказал Вулф. – Это неприятная неожиданность, что одно из моих любимейших блюд приготовлено иначе, чем я привык. Может быть, оно и съедобно, но я не склонен рисковать. Убери его и принеси мне четыре яйца всмятку и тосты.

Фриц знал характер Вулфа не хуже меня и понимал, что от подобной вспышки Вулф пострадает куда больше, чем он, и поэтому молча убрал блюдо со стола. Но тут вмешался я:

– Позвольте, я отведаю немного. Если, конечно, этот запах не помешает вам насладиться яйцами всмятку?

Вулф ожег меня свирепым взглядом.

Вот почему у Фрица в тот день было плохое настроение и я пошел отпирать дверь сам. Когда раздался звонок, Вулф уже покончил с яйцами и с обиженным видом пил кофе, а я уплетал за обе щеки вторую порцию скворцов с полентой; вкус был – пальчики оближешь! Я не стал зажигать свет в прихожей, так как на улице было еще достаточно светло. Увидев сквозь одностороннее стекло посетителя на крыльце, я сразу же понял, что он не принесет нам богатства.

Распахнув дверь настежь, я вежливо произнес:

– По-видимому, вы ошиблись номером дома.

Я всегда придерживаюсь политики мирного сосуществования с соседскими мальчишками. Это облегчает жизнь, так как на нашей улице, как и повсюду, процветают футбол, бейсбол и прочие игры.

– Ничего подобного, – отозвался визитер слабым нервным альтом, не слишком грубым. – Я вас знаю. Вы Арчи Гудвин. А мне нужно видеть Ниро Вулфа.

– Как вас звать?

– Пит.

– А дальше?

– Дроссос. Пит Дроссос.

– Что же вам нужно от мистера Вулфа?

– Ну, это уж я сам скажу ему. У меня к нему дело.

Это был тщедушный юнец с черными волосами, которые нуждались в стрижке, и с острыми черными глазами. Его голова едва доставала до узла моего галстука. Я встречал его на нашей улице и ничего не имел ни за, ни против него. Сейчас зад