Назад к книге

Плен одиночества

Ольга Борискова

Татьяна Минаева

Шоу должно продолжаться… #5

Она достигла тех высот, о которых мечтала когда-то, и теперь в её жизни начинается новый этап. У него по-прежнему есть всё, но он продолжает жить прошлым. Тем прошлым, где его сердце еще не оплела ненависть к ней. У них была тысяча возможностей заглянуть друг другу в глаза, но ни единого шанса все исправить. Но теперь у него есть одно желание. И она обязана его исполнить… Продолжение истории Ринаты и Игоря.

Ольга Борискова, Татьяна Минаева

Плен одиночества

Все герои вымышлены.

Любое совпадение с реальными людьми случайно.

Пролог

Кто никогда не любил, не знает, как выть от боли -

Лёжа в ночи на полу, скрести на разрыв тишину,

А утром нового дня фальшивые старые роли,

Чтобы под вечер опять уйти в темноту одному.

Но лучше рваная боль, сердце в куски до рассвета,

Чем никогда не узнать, как колотится в груди.

Лучше ночами не спать, лучше проклятие это,

Чем, никогда не любив, слепо по жизни идти.

Татьяна Минаева.

Россия, Москва, апрель 2021 года

Еще даже не рассвело. Осторожно, чтобы не разбудить уткнувшуюся в соседнюю подушку девушку, он поднялся с постели. Надел брюки, не застегивая, накинул на плечи вчерашнюю рубашку. Телефон на тумбочке загорелся подсветкой, показывая время. Пять утра. Будильник прозвенит только через час. Но он привык. Привык подниматься заранее, четко соблюдать режим.

Кстати, о режиме. Взяв телефон, он покинул спальню. Прошел на кухню. Не включая свет, приблизился к подоконнику и приоткрыл форточку. На улице было довольно холодно, кое-где еще лежал снег. Весна в этом году нещадно запаздывала. Морозный воздух пробрался внутрь, и кожа его покрылась мурашками, но он не обратил на это внимания. Достал из лежащей на подоконнике пачки сигарету. Закурил. Дым проникал в легкие, обволакивал, успокаивал. Сделал одну затяжку. Вторую. Неотрывно глядя на пустынную улицу, он думал о том, что сигареты тоже входят в его режим. Сколько уже? Года три, так точно. Года три…

Телефон мигнул. Он взял его в руку и, затянувшись еще раз, одним пальцем снял блокировку. Уведомление о новых постах в инстаграм. Открыл приложение. Решетникова выложила фото со свадьбы. Как отлично сложилась её жизнь. Мало того, что выиграла Олимпиаду, так еще и замуж выскочила за миллионера. Вот вам и девочка из бедной семьи. Такие своего не упустят. Он махнул влево. Самойлов с Меркуловой. Первая пара страны, черт бы их побрал. Едва на горизонте появятся парники, превосходящие этих двоих по потенциалу, он перекроет им финансирование. Видеть вечную ухмылку на физиономии Самойлова удовольствия ему отнюдь не доставляет. Но только кто из ближайших преследователей может похвастаться параллельным квадом?.. А дочка у них красивая… На маму похожа. И как Лиза терпит этого идиота?

Он едко усмехнулся и вновь втянул в легкие дым. Открыл следующее фото. Рука его застыла, так и не донеся сигарету до пепельницы. Внутри все напряглось. Жизнь такая – дерьмовая. Хочется скрыться, а не получается. На фото была она. Длинные черные волосы забраны в сложную высокую прическу, шикарное платье с открытыми плечами. Нежно-персиковое, оно придавало облику мягкость и какую-то одухотворенность. Она смотрела куда-то в сторону и улыбалась. Он провел пальцем по экрану, очерчивая её губы, её глаза, скулы, спустился по тонким плечам к самому краю телефона. Она стала другой. Палец снова коснулся экрана, перелистывая фото. Счастье, как оно есть. Лицо его искривила злоба. Мышцы на шее напряглись, он задержал дыхание, а потом с шумом выдохнул. Надо бы закрыть и не смотреть. Но нет. Он же самый настоящий мазохист… Он будет смотреть… Впитывать, копить в себе, ненавидеть. Чтобы никогда не забывать, во что она его превратила. Принцесса выбралась из мрачного подземелья, смахнула с платья пыль, привыкла к свету и теперь сверкает. Сверкает так, что аж в глазах рябит. Он, пожалуй, поставит последнее фото на заставку телефона. Счастливая семья. Рината Бердникова, Николас Демаре и их прелестная дочь. Николь?.. Ребенок назван в честь отца – как мило, мать её!

Затушив сигарету нервным движением, он брос