Назад к книге

Робкая любовь

Виктория Лукьянова

Сколько себя помню – я всегда боялась. Страх был частью моей жизни. Я не выключала свет по ночам, не общалась с людьми и не покидала стен родного дома. Но все резко изменилось именно тогда, когда у нас появился новый сосед. Случайное знакомство с Матвеем изменило меня. Первое общение с парнем, первые прикосновения и поцелуй. Во мне зарождалась робкая любовь к человеку, у которого была невеста. Но не дерзкая красотка стала главной опасностью – старые враги моей семьи вернулись, чтобы довести дело до конца. И теперь я должна преодолеть свой страх, чтобы спастись…

Виктория Лукьянова

Робкая любовь

Пролог

Первое что мне пришло на ум, когда я очнулась – дикое желание распахнуть глаза, заорать во всю глотку и шлепнуться на пол в обморок. Но получилось лишь открыть глаза и уставиться в блеклую полоску света, попадающую в темную комнату из-под двери. Почему мне не удалось закричать, поняла не сразу, но определенно быстро. Что-то, скорее всего скотч, крепко держало мои губы в плену. Как и руки, которыми я попыталась освободить рот. Испугавшись ощущения того, что я ничего в итоге не чувствовала, закрыла вновь глаза, молясь, чтобы в следующий раз все оказалось сном. Но страх не покидал меня. И я очутилась на грани скорого обморока, но упасть никуда не получилось – я лежала на полу, связанная, полностью обездвиженная и не понимающая, что происходило вокруг.

Обрывки воспоминаний вернулись спустя некоторое время. И пока я пыталась понять, почему мой затылок ныл от тупой боли, успела отключиться, безуспешно борясь со страхом.

Темнота пугала. Она поглощала, забирала воздух. Как и невозможность встать и уйти. Дернувшись еще раз, я даже не смогла перевернуться, надеясь, что мое онемевшее тело не превратится во что-то навсегда обездвиженное. Потому что терять способность ходить я не хотела, но была близка к этому.

Новое пробуждение не принесло мне счастья. Всё та же темная комната, озябшее малочувствительное тело и ноющая точка на голове.

Меня ударили. Теперь я точно могла вспомнить, как потеряла связь с реальностью и очутилась в темном мире. Кто-то меня ударил по голове, и именно тогда, когда я намеревалась вернуться домой.

Надо же! Я покинула дом и побывала в городе, не испытав при этом страха, неотъемлемого спутника моей жизни. И все ради него…

Нет! Страх нахлынул новой волной, в которой я тонула. Я должна выбраться! Обязана спастись и спасти его!

Покрутившись на полу, мне все же удалось изменить положение тела, но рук и ног я практически не чувствовала. Тот, кто меня ударил и куда-то увез, явно перестарался с веревками. Да, вроде бы это были веревки.

Оказавшись на боку, я повернула голову и стала интенсивно тереться щекой о деревянный пол, пахнущий сыростью и гнилью. Почему-то запах я почувствовала только сейчас. Как и влажный тяжелый воздух, пропитавший тонкую футболку и джинсы. Втянув воздух в легкие, я замерла.

Топот тяжелых ботинок по прогнившему полу словно барабанил в ушах. Кто-то шел. Причем делал это очень быстро. Заскрипели половицы, и я закрыла глаза, притворяясь спящей.

Дверь распахнулась. Ударилась о стену, и я невольно вздрогнула. Яркий свет фонарика больно резанул по глазам. Даже сквозь сомкнутые веки меня слепили.

– Эй! – Чуть звонкий голос, похоже, принадлежащий парню, наполнил тишину помещения. – Не придуривайся! Я вижу, что очнулась, – хмыкнул он, приближаясь.

Незнакомец остановился в полуметре от меня, еще раз ослепил фонариком, а после неожиданно ткнул носком сапога в живот.

Я скрючилась скорее от неожиданности, чем от боли, и протяжно замычала.

– Говорю же, что очнулась, – хохотнул он, продолжая направлять фонарик на меня. Зажмурившись, я мысленно ругнулась, как делала тетя, когда у нее что-то не получалось. К сожалению, если он продолжит держать фонарик так, я не смогу рассмотреть лица.

Но парень шагнул назад, осветил комнату, будто проверяя все ли здесь в порядке, и закричал, привлекая чье-то внимание.

– Эй, она очнулась! Будешь говорить?

Топот над головой подсказывал, что мы находились в подвале какого-то здания, больше похожего на обычный жилой дом.

– Ты д