Назад к книге «Закоулки бытия» [Андрей Николаевич Кузьмин]

Закоулки бытия

Андрей Николаевич Кузьмин

Зарисовки жизни в стихах. Разные времена, разные чувства.... Из эпохи созревшего социализма с его наивными взглядами в эпоху другой России с ее жёсткостью и беспощадностью! Содержит нецензурную брань.

Андрей Кузьмин

Закоулки бытия

РАДОСТЬ

Я радуюсь теплу и Солнцу,

Я жду осенний листопад,

Я птичьему весеннему припеву,

Конечно, буду тоже очень рад.

Я одиночество люблю сегодня,

А завтра в шумную компанию влюблюсь.

И не заставит разлюбить всё это горе,

Наступит горе – в горы удалюсь.

Люблю ночную темень и рассветы,

И радуюсь и стуже, и теплу.

Бессонницу люблю, ведь в ней ответы

О смысле бытия я нахожу.

9.05.92 г. Андрей Кузьмин

ПРОЩАЙ ЛЮБОВЬ

С ожесточеньем в гроб влезают гвозди,

А на лице – застекленевший вид.

Спешат на поминки любезно гости,

Лампадка пламенем родным в углу горит.

Глаза, блестя, вглядевшись в крышку гроба,

В руке устало опустился молоток.

Прощай навеки, Милая до гроба,

Я по – другому поступить не мог!

Гроб осторожно подхватили руки

И понесли в осенней тишине.

Кругом струились памятные звуки,

Напоминая о моей Весне.

Спросило Солнце, бархат согревая:

« Кого хоронишь, парень молодой?»

А я упрямо шел, не отвечая,

Неся свою Любовь в земной покой.

Беспечный ветер обнимал за плечи,

«Кого хоронишь?» – спрашивал меня.

И телом не имея дара речи,

«Свою Любовь!» – ответил ему я.

Прохладный лес взирал на нас печально,

«Кого хоронишь?» – спрашивал меня.

«Убил которую совсем нечайно,

Свою Любовь!» – ответил ему я.

Стрижи стрелою проносились мимо

И задавали тягостный вопрос,

«Она погибла, но осталась милой», -

Я отвечал, роняя капли слёз.

И вот землёй засыпана могила,

Рождённый крест сверкает новизной.

И Солнце, опускаясь, говорило:

«Спокойно спи, я шлю тебе покой!»

И каждый год я розы на могилу

Кладу и поминаю здесь Любовь,

Сижу и пью под клёном через силу,

А в листьях осенью алеет скорбью кровь!

27.09.89 г. Андрей Кузьмин

НА МОРЕ

Катька у машины блинчики жуёт

Ветер с моря дует – гонит пароход!

Настя ноги мочит, бродит по мели,

И сгущёнки хочет с пирожком внутри.

Море заштормило.

Песок нагрелся сильно.

Мужик какой-то хилый,

Возлившийся обильно,

Зашёл купаться в море,

Волна его подбила.

Он плюхнулся в капусту

Морскую, внутри с йодом,

И выплыл как-то шустро

На берег идиотом.

А Катя блинчик съела,

Залезла на скалу,

И песенки там пела

Про дождь и красоту.

ФЕВРАЛЬ

Наконец-то февраль, как я рад!

Что закончится скоро зима.

Через месяц придет мокрый март,

Хоть и мокрый, но это Весна!

И опять спозаранку, как вихрь,

Приключенья помчусь я искать,

Молчаливым не буду и тихим,

Снова женщин начну обнимать.

И мятежное сердце, волнуя,

Капли с крыш упадут в мокрый снег,

А девчонки, на сходке тусуясь,

Будут людям дарить звонкий смех.

Оживает земля, оживает..

Скоро Март, а за ним и Апрель,

Может, люди напрасно считают,

Что не любишь ты зиму, Андрей!

18.02.97 Андрей Кузьмин

СТАРИК И МОРЕ

Жил на берегу седой старик,

К одиночеству давно привык.

Грустные глаза смотрели в море -

Он мечту искал в морском просторе.

На песке построена изба.

В ней жила тоска, нужда.

В море было много глупой рыбы,

Каменные вверх торчали глыбы

Из воды, из берега, из леса…

В жизни было мало интереса.

Вечерами песни пел старик -

К шторму частому давно привык.

Борода его была солёной,

Телогрейка далеко не новой,

По утрам в лесу копал червей,

Назывался просто – дед Сергей.

Корабли куда-то проходили,

Дни в печали и тоске застыли.

Из глубин веков торчали горы,

Чайки с голода кричали хором.

Моряки в бинокль лицезрели

Старика неделю за неделей.

Осень наступала, лист желтел,

Но обратно в город не хотел

.Древний уходить, седой старик,

Потому что к холоду привык.

Не успел в лесу собрать дрова,

Как пришла морозная зима.

Забирались в гавань корабли,

Чайки крик на юг свой унесли.

У костра сидел седой старик -

К одиночеству давно привык.

Рыбы насолил на эту зиму,

Глиной рисовал в избе картину.

Курил табак по вечерам,

Ткал сеть к Весне, ковал крючки.

От рыбы он уже икал,

Одел последние носки.

Ходил по льду- искал т