Назад к книге

Андрей Мирошниченко

Когда умрут газеты

Книга Андрея Мирошниченко «Когда умрут газеты» – это точное указание причин и сроков перехода газет и журналов в лучший, то есть цифровой мир.

Начав свои изыскания с тезиса о бессмертии газет, Андрей Мирошниченко обнаруживает и описывает феномен вирусного редактора – распределенного существа интернета, которое умеет вырабатывать значимость не хуже профессиональных СМИ. Проанализировав демографические и экономические факторы, автор ставит точный диагноз. Смерть прессы предопределена мультимедийными технологиями, агония начнется около 2017 года крахом системы распространения и закончится в 2030-х годах с уходом последнего газетного поколения.

Однако увлекательный катастрофный сценарий не исчерпывает теории смерти газет, выдвинутой автором. Книга «Когда умрут газеты» – это еще и описание облика медиа-отрасли, который сформируется, когда умрут газеты. Это взгляд в будущее, нацеленный на выработку профессиональных решений уже сегодня. Андрей Мирошниченко предлагает разные практические гипотезы и модели грядущих СМИ: газета как витрина сайта, мультиавторство, межкорпоративные CRM-медиа, «Медиа 3.0», где редактор будет пастухом блоггеров, а френды будут роиться вокруг симулированных блоггерами центров значимости, и т. п.

Книга адресована редакторам, журналистам, рекламщикам, пиарщикам, пресс-секретарям, политикам, блоггерам и все тем, кто связан с медиа и интернетом.

© Андрей Мирошниченко, 2011

Журналистика – улитка в поисках нового домика

Иван Засурский,

заведующий кафедрой новых медиа и теории коммуникации факультета журналистики МГУ, главный редактор интернет-издания «Частный корреспондент»

«Когда умрут газеты?» – вот вопрос, на который трудно ответить однозначно, и автор книги в полной мере отдаёт себе в этом отчёт. По сути, Андрей Мирошниченко фокусирует своё внимание на газетах как традиционном бумажном издании, выходящем регулярно и продаваемом за деньги. В истории газет, как мы знаем, с этого всё началось. Согласно преданию, само слово «газета» восходит к названию венецианской монетки, за которую то ли можно было купить, то ли (вполне вероятно) можно было послушать то, что напечатано типографским способом.

В разное время газеты выполняли разную функцию. В них писали короли и те, кто мечтал только о «капусте». Великие писатели издавали главами романы, как Дюма, а обложка «Таймс» могла напоминать Facebook с информацией о том, кто, где и как женится. Юрген Хамермас выделяет, к примеру, буржуазную газету как исходное условие формирования «публичной сферы», рационального обсуждения, аргументации в кругу экспертов. Очевидно, что в этой форме газета так или иначе продолжает своё существование, наполняясь новым содержанием. Для того чтобы убедиться в этом, достаточно набрать в поиске на Яндексе и в Google слово «газета» и увидеть, что первое место в результатах отдано не обобщающему обзору-справке из Википедии, а Gazeta.ru.

Однако дешёвой и по-настоящему массовой газету сделали индустриализация, появление товаров массового потребления, собственно массового потребителя и рекламы. Практически одновременно во Франции, Великобритании и США возникли многотиражные издания, ориентированные на новых горожан, рабочих и эмигрантов. В России газетной революцией в полной мере воспользовались революционеры. На протяжении практически всего XIX и XX веков роль газет росла. Среди бизнесменов нашей эпохи ещё остаются те, чьё процветание было связано с легендарными громадными газетными империями прошлого, – например, Руперт Мердок. Но сейчас ясно, что его спутниковые телеканалы весят в капитализации News Corporation значительно больше.

Газеты на многих рынках сегодня можно купить за обещание выплатить долги. Или за обещание продолжить выпуск издания без увольнения журналистов. Понимание происходящего оказывается затруднительным для всех, кто привык к традиционной картине мира, в котором новости производятся крупными игроками, статьи написаны журналистами и их читают на бумаге.

Рискну предположить, что точно предсказать будущее СМИ вряд ли сможет кто-нибудь из нас, включая автора книги. Тем бол