Назад к книге

Пролог

– Паула Стоун! Паула Стоун! На каждом шагу слышу «Паула Стоун вернулась!». Истерика, все с ума посходили… То интервью, то репортаж. Да кто она вообще такая?! Девчонка, которая неожиданно разбогатела и научилась складывать слова в предложения! Кем она себя считает? Сколько я могу ждать этого чертова романа? Какая-то иностранная соплячка, от которой, видите ли, тащится вся женская половина населения Чехии! – так кричал в своем кабинете пан Радович, заместитель гендиректора по работе с авторами одного из самых знаменитых и модных издательств Чехии.

– Возьми кофе, – осторожно и вкрадчиво отозвался Гарик, ассистент Радовича. – Я звонил ей позавчера, а сегодня отправил имейл. Она ответила, что закончит через неделю…

Радович принял из рук Гарика пластиковый стаканчик с кофе и даже успел отхлебнуть добрую половину этого бодрящего напитка, но чуть не поперхнулся.

– Нет! Это невозможно! Ты надо мной издеваешься, да? Нет, нет, нет. Вы все хотите, чтобы я получил инфаркт и уехал лечиться далеко и надолго, – Радович шумно откинулся на спинку кресла. – Вы только послушайте этого молодца! Через неделю! Какую неделю?! У нас контракт, договор – уже все сроки горят! Звони ей сейчас.

Гарик послушно взял в руки смартфон, однако номер набирать не стал.

– Что сказать?

– Скажи… Нет, дай, я сам скажу!.. Паула Стоун! Что эта девчонка о себе возомнила?

На самом деле Паула Стоун, или Полина Враницкая, урожденная Каменева, была популярной писательницей и молодой женой, а точнее вдовой известного в медиакругах Чехии владельца сети модных журналов Алберта Враницкого, трагически погибшего три года назад.

Она недавно вернулась в Чехию после длительного отсутствия и готовила для издательства пана Радовича новый роман.

В то утро, когда Радович ожидал инфаркта в своем кабинете, Полина сидела на полу посреди просторной и светлой комнаты в уютном загородном коттедже в Подебрадах и задумчиво глядела в экран ноутбука. Она никак не могла закончить последнюю главу обещанного издательству романа, но, надо признаться, не прикладывала к этому особых усилий.

Близилось 21 августа, и девушка, не в силах с собой ничего поделать, постоянно возвращалась мыслями в день, навсегда изменивший ее жизнь.

Часть I

Вся наша жизнь как ипподром:

Нерв ставок, женский смех,

Бриллиантов блеск и темный ром —

Все шансы на успех.

Но вдруг провал меня забрал

Со светлой полосы.

И я теперь открою дверь

На глубину любви.

    Паула Стоун, вольный перевод песни

    Леонарда Коэна A Thousand Kisses Deep

Глава I

Гулкий звук всплеска воды нарушил прохладную тишину помещения. Брызги полетели на гладкие, светлые стены и заискрились бликами солнечного света, падающего сквозь высокие пролеты арок в галерее, отделяющей бассейн от внутреннего дворика дома.

Человек, прыгнувший в воду, плыл профессионально, энергично и слаженно, вдыхал воздух на поверхности и выдыхал его в воду, в такт движениям своего спортивного тела.

Был август. Жара уже спала, и приятное тепло разливалось по пригородам Праги, позволяя и горожанам, и сельским жителями спокойно наслаждаться последними деньками уходящего лета. Полуденное солнце заглянуло в просторный загородный дом на окраине Старых Подебрад – небольшого уютного городка, километрах в пятидесяти от столицы.

Особняк удачно расположился на границе бескрайних зеленых полей, разбросанных тут и там фермерских хозяйств и древних пойменных лесов – в Полабской низменности. Сюда не долетали шум дороги и голоса людей, с утра до вечера толпящихся в центре городка, и почти ничто не нарушало уединения обитателей дома – отца и сына Враницких.

Враницкие жили в доме вдвоем, если не считать садовника и пожилую семейную пару Гашеков, исполнявших обязанности дворецкого и экономки.

Человек, плывший по дорожке бассейна, 29-летний Алберт, сын старого пана Враницкого, в тот день был задумчив больше обыкновенного. И даже сейчас, во время плавания, он был погружен в пространные размышления о жизни.

К 30 годам Алберт был состоявшимся, успешным человеком. Он давно привык получать в жизни все, что захочет, и не отказываться от того, что ему предлагает судьба. П