Назад к книге

Пиратский остров; Молодые невольники

Томас Майн Рид

Мастера приключений

Путешествуя по долине Миссисипи, молодой европеец наслаждался жизнью и удивительной природой этого заповедного края. В поисках ярких впечатлений и новых трофеев он отправился вниз по великой реке. Его внимание вскоре привлек живописный островок, в зарослях которого наверняка полно всякой дичи. Местные жители посоветовали молодому авантюристу держаться от острова подальше, поскольку «там что-то нечисто». Но страстному охотнику спокойная жизнь не по нутру. Загнав в угол шакала, он всегда готов вступить в схватку со львом.

В очередной том Томаса Майн Рида входят романы о приключениях в Северной Америке и Африке – «Пиратский остров» и «Молодые невольники».

Томас Майн Рид

Пиратский остров. Молодые невольники

Романы

Пиратский остров

Глава I. Американская тюрьма

Уже много лет минуло с тех пор, как нога моя в первый раз ступила в долину Миссисипи. Я прибыл туда молодым и полным энтузиазма путешественником, и двигала мной исключительно жажда приключений.

И вскоре я убедился, что это то самое место, где эту жажду легко удовлетворить. Среди дивной и величественной природы этой страны, среди ее кипящих жизнью городов и прихотливого смешения рас и характеров редкий день проходил без какого-нибудь интересного случая, редкая неделя – без памятного эпизода. Теперь, когда я вспоминаю прошлое, некоторые из этих эпизодов, имевших тогда для меня особенное значение, живо встают в моей памяти и принимают свойственную воспоминаниям романтическую окраску.

Многие из них могут показаться невероятными читателю, не знакомому с нравами и обычаями племен, населявших в описываемое мною время долину Миссисипи. Тогда Дикий Запад еще не отодвинулся от великой реки, и ее города еще не перестали служить убежищем отбросам общества, не признававшим никакого закона, кроме закона «око за око», никакого суда, кроме суда Линча.

Вопреки большинству путников, следующих по долине Миссисипи, я начал свое путешествие не с севера, а с юга, то есть с устья реки. Первый город, где я остановился, был Новый Орлеан.

Я приехал туда уже поздней весной. Через некоторое время на дверях прибрежных домиков показались красные кресты. Это означало, что эпидемия «болотной лихорадки», свирепствующая здесь каждое лето, уже появилась.

Я счел благоразумным распроститься с этим любопытным городом, решив вернуться туда, когда первые холода прогонят болезнь, и направился далее на север, останавливаясь то там, то здесь, по воле случая или по собственному желанию. Так я добрался до Огайо, и следуя вверх по течению этой реки, оказался в столице штата Теннесси.

Путешествие это длилось довольно долго, к тому времени кроны деревьев подернулись желтым и листья стали облетать.

В «Городе утесов»[1 - Прозвище города Нэшвилла, столицы штата Теннесси.] я не задержался. Решил вернуться на юг, но уже не на пароходе, как прибыл сюда, а верхом. Этот способ передвижения я предпочел потому, что так легче познакомиться со страной, через которую проезжаешь.

Запасшись выносливым конем и приторочив позади седла небольшой саквояж, я пустился в дорогу. Мне предстояло долгое путешествие, настолько долгое, что скажи я, какое расстояние мне нужно было проехать до цели, меня бы обвинили в преувеличении или, по крайней мере, сочли бы хвастуном.

К такому же выводу и пришел один путник, который нагнал меня вскоре по дороге.

Не успел я отъехать и нескольких миль по пыльному тракту, как означенный всадник поравнялся со мной и молча поехал рядом. Под ним был иноходец, и он легко мог бы меня обогнать, но, видимо, нарочно сдерживал коня. Я исподволь оглядел попутчика. На нем были куртка и брюки из белого льна, на голове широкая панама, на ногах – изящные сапоги.

«Плантатор. Или сын плантатора», – подумал я, поскольку молодому человеку явно не исполнилось еще и двадцати.

Мы молча доехали до каких-то домов, стоявших справа от дороги. Тогда незнакомец первым прервал молчание.

– Это тюрьма, – сказал он, видя, что я разглядываю здание. – Вы, конечно, там были?

Вопрос показался мне настолько странным, что я невольно рассмеялся. Однако