Назад к книге

Олег Куваев: повесть о нерегламентированном человеке

Алексей Валерьевич Коровашко

Василий Олегович Авченко

Великие шестидесятники

Писателя Олега Куваева (1934–1975) называли «советским Джеком Лондоном» и создателем «„Моби Дика“ советского времени». Путешественник, полярник, геолог, автор «Территории» – легендарного романа о поисках золота на северо-востоке СССР. Куваев работал на Чукотке и в Магадане, в одиночку сплавлялся по северным рекам, странствовал по Кавказу и Памиру. Беспощадный к себе идеалист, он писал о человеке, его выборе, естественной жизни, месте в ней. Авторы первой полной биографии Куваева, писатель Василий Авченко (Владивосток) и филолог Алексей Коровашко (Нижний Новгород), убеждены: этот культовый и в то же время почти не изученный персонаж сегодня ещё актуальнее, чем был при жизни. Издание содержит уникальные документы и фотоматериалы, большая часть которых публикуется впервые. Книга содержит нецензурную брань

Василий Авченко, Алексей Коровашко

Олег Куваев:

повесть о нерегламентированном человеке

Серия «Великие шестидесятники»

Художник Андрей Рыбаков

В книге использованы фотографии Василия Авченко, Павла Жданова, Фёдора Редлиха, Анатолия Чайко, фото из личных архивов Дмитрия Куваева, Анатолия Лебедева, Бориса Седова и фондов Центральной городской библиотеки Магадана имени О. М. Куваева и Чаунского горно-геологического предприятия

Авторы и «Редакция Елены Шубиной» благодарят всех перечисленных за предоставленные материалы

© Авченко В. О., Коровашко А. В., 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

* * *

Предисловие

Человек высоких широт

В далёком 1990-м дальневосточный литературный критик Игорь Литвиненко сокрушался: «Пятнадцать лет прошло со дня смерти одного из интереснейших писателей нашего времени, а книги его до сих пор не прочитаны по-настоящему, не поставлены в контекст современной советской прозы…» Речь шла об Олеге Куваеве, с ухода которого теперь минуло уже почти полвека.

Для тех читателей, которые моложе авторов, следует пояснить: наш Олег Куваев – не тот, который «Масяня», а тот, который «Территория». Справедливости ради отметим, что время всё расставляет по своим местам, пусть и без спешки: если ещё несколько лет назад запрос «Олег Куваев» в поисковых системах интернета выдавал первым номером именно создателя «Масяни», то теперь список результатов неизменно возглавляет автор «Территории». И это не единственный факт, подтверждающий пророчество Дмитрия Быкова, заявлявшего в 2007 году со страниц журнала «Огонёк»[1 - Огонёк. 2007. № 2.]: «Подождите, вернётся и Олег Куваев с „Территорией“ – тема золотодобычи не устаревает».

Писателя, геофизика, полярника, путешественника Олега Михайловича Куваева (1934–1975) давно пора оценить по настоящему счёту. Не по гамбургскому – что нам Гамбург, когда у нас есть свои порты. Начиная с заполярного Певека на Чукотке, ставшей «вятскому мужичку» Куваеву второй родиной.

Он был сверхтребователен к себе. Не стремился ни в правофланговые, ни на трибуны. Книги его, как сформулировал в громогласные перестроечные времена тот же Литвиненко, – «неназойливы, некрикливы», их влияние на ход «нынешних злободневных дискуссий практически не ощущается». Действительно, «Территория» – не «Дети Арбата» и не «Архипелаг ГУЛАГ». Может быть, по этим причинам Куваев и оказался где-то во втором ряду на воображаемом групповом фото отечественных литераторов 1960–1970-х? Либо причина не в нём, а в нас, поспешивших слишком многое выплеснуть вместе с водой за борт очередного атомохода современности? Решивших, что Куваев – про геологов, Дальний Восток и романтику, а значит, это «чтение для молодёжи» (то есть второй сорт). К тому же для молодёжи вчерашней, советской, уже не существующей…

Или так: раз Куваев писал о людях периферии, не умевших либо не желавших подстраиваться под ритмы «цивилизации» и «прогресса», то и книгам его место на периферии?

После ухода Куваева сменилась историческая эпоха, а сам писатель оказался полузабытым. Важны ли, интересны ли его книги сейчас? Необходимы ли они современному читателю, в том числе выросшему в постсоветское время?

Поставив перед соб