Назад к книге

О чём молчит лёд? О жизни и карьере великого тренера

Алексей Николаевич Мишин

Алексей Мишин – один из наиболее успешных тренеров в истории мирового фигурного катания, лауреат Всемирного зала славы. Болельщикам всего мира известны имена его звездных учеников – Евгения Плющенко, Алексея Ягудина, Елизаветы Туктамышевой и многих других. Но своим главным вкладом в фигурное катание он считает не плеяду воспитанных чемпионов. А что именно – узнаете на страницах книги.

Алексей Мишин делится не только подробностями своей профессиональной жизни, но и говорит о техниках фигурного катания, необходимых фигуристам, как начинающим, так и мастерам.

Алексей Мишин

О чём молчит лёд? О жизни и карьере великого тренера

Посвящаю своему отцу,

Мишину Николаю Ивановичу.

Сыгравшему решающую роль в моем становлении как тренера

Эта книга написана как воспоминания, но она не обо мне – о мире фигурного катания, в который я вступил более 60 лет назад…

Передо мной лежит книга о человеке, имя которого мне было известно уже в те времена, когда я ещё сам был спортсменом. Я прочитал её от корки до корки очень быстро и с большим интересом. Эта книга является фактически срезом отечественного фигурного катания от момента его послевоенного возрождения до наших дней.

Фигура профессора Мишина не нуждается в витиеватых эпитетах. Мы не раз встречались с автором, и мне кажется очень значимым и важным, что этот замечательный человек продолжает спортивный и жизненный путь в своих учениках, которых много не только в стране, но и в мире.

Алексей Николаевич рассказывает о том, как заметить и вырастить будущего чемпиона, о судействе и работе Федерации фигурного катания России, о победах и поражениях, о соратниках и соперниках, о семье и детях, о прошлом и будущем. Книга будет интересна как простым любителям фигурного катания, желающим больше узнать о легендах нашего спорта, так и специалистам, которые смогут ознакомиться с методикой выдающегося тренера.

Она учит быть спортсменами, творцами, мыслителями, но прежде всего – быть людьми. Надеюсь, что она будет пользоваться заслуженным успехом.

    П. А. Колобков, министр спорта Российской Федерации

Часть первая

Фигурист

Рождённый войной

Детство своё я провёл в городе Севастополе, где моя мама, Татьяна Валентиновна, работала учителем русского языка, а папа преподавал физику и математику в Высшем военно-морском училище им. Адмирала Нахимова. Период полной беззаботности завершился для меня, увы, довольно быстро, фактически не наступив. Родился я в марте 1941 года, а уже в июне грянула Великая Отечественная война. Севастополь начали бомбить ещё до официального объявления о наступлении вражеских войск, поэтому люди не могли взять в толк, что же происходит. Когда раздался первый гром орудий, моя мама, по примеру других женщин, вышла на балкон и удивилась, насколько интенсивными были «военные учения». Что это были за «учения», нам ещё только предстояло узнать…

Когда стало понятно, что началась война, моему отцу поступило предложение от его приятеля – сына знаменитого волжского адвоката Плющевского – эвакуировать жену и детей к его родителям. Чтобы лучше понимать, о ком идёт речь, надо сделать небольшую ремарку: Плющевский-старший происходил из старинного дворянского рода, был настоящим аристократом и жил в отдельном доме. Он был знаменитым адвокатом, и его называли «волжским Плевако»[1 - Плевако, Фёдор Никифорович (1842–1908) – адвокат, юрист, судебный оратор, действительный статский советник. Участник крупных политических и уголовных процессов (Охотнорядский процесс, дело люторических крестьян, дело о стачке рабочих фабрики Товарищества С. Морозова, дела Бартенева, Лукашевича, Максимченко, Замятиных и др.).]. В тот момент, когда поступило предложение от Плющевского, все были убеждены, что мы победим Гитлера за несколько месяцев и война долго не продлится. Знаете, как в известной песне пелось: «… и на вражьей земле мы врага разгромим малой кровью, могучим ударом». Моя мама, рассчитывая на «блицкриг» с нашей стороны, взяла с собой чемодан нарядных летних платьев и отправилась на Волгу, в город Ульяновск. На деле ж