Назад к книге

Дитя

Фиона Бартон

Триллер для всех

«Рядом со старым особняком обнаружены останки младенца» – пестрят все газеты Лондона. Кажется, весь город шокирован новостью. Какое чудовище способно убить дитя и похоронить его в саду? Кейт Уотерс решает провести журналистское расследование. Кто ребенок, как давно там захоронен, неужели это украденная много лет назад малышка? – только вопросы, и никаких зацепок. Но стоит потянуть всего за одну ниточку, чтобы распутать клубок. А что, если он не безобиден, а состоит из мерзких и болезненных тайн, жалящих подобно змеям?

Фиона Бартон

Дитя

Fiona Barton

THE CHILD

© Флейшман Н., перевод на русский язык, 2018

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018

* * *

Когда правду подменяют молчанием, молчание есть ложь.

    Е. Евтушенко

1

Вторник, 20 марта 2012 года

Эмма

Я сажусь за рабочий стол, и компьютер мне этак многозначительно подмигивает. Трогаю пальцем клавиатуру – и на экране возникает фотография Пола. Это я сняла его в Риме в наш медовый месяц. Из-за столика в «Кампо-дей-Фиори» на меня устремлен его полный любви взгляд. Пытаюсь улыбнуться ему в ответ, но, чуть подавшись к экрану, вдруг ловлю в нем собственное отражение и замираю. Терпеть не могу так вот, внезапно, себя увидеть. Порой я даже себя не узнаю. Кажется, что вроде бы хорошо помнишь свою наружность – и тут на тебя как будто смотрит совершенно незнакомый человек. И меня иногда это очень пугает.

Однако сегодня я начинаю разглядывать это незнакомое лицо. Каштановые волосы убраны на макушку небрежным пучком, открывая взору бледную кожу с тенями вокруг век и морщинками, что тянутся к глазам, точно трещины от оседания грунта.

– Господи, ну и паршиво же ты выглядишь, подруга, – беззвучно говорю я женщине на экране.

Безмолвное шевеление ее губ завораживает меня, и я заставляю ее сказать что-нибудь еще.

– Давай-ка, Эмма, доделывай работу, – велит она.

Я отвечаю ей вымученной улыбкой, и она мне так же вяло улыбается.

«Ты ведешь себя как сумасшедшая», – говорит она мне уже внутренним моим голосом, и я прихожу в себя.

«Слава богу, Пол меня сейчас не видит».

Вернувшись вечером домой, Пол выглядит усталым и даже каким-то раздражительным после целого дня общения с «дубоголовыми» студентами и очередной баталии с деканом факультета из-за своего расписания.

Может, это уже возрастное, но теперь любые трения на работе для Пола оборачиваются серьезной встряской. Мне кажется, он начинает сомневаться в себе, кругом и всюду видя угрозу своему положению. На самом деле, каждая университетская кафедра – это словно отдельный львиный прайд. Множество самцов самодовольно рыскают вокруг, всячески, даже своими рудиментарными пальцами, оспаривая свое первенство. Я говорю Полу все, что полагается в таких случаях, и делаю ему джин-тоник.

Убирая с дивана мужнин портфель, я замечаю, что он принес домой газету, свежий выпуск The Evening Standard. Должно быть, прихватил в подземке.

Пока Пол отправляется в душ смывать с себя дневные заботы и треволнения, я сажусь ее читать – и тут натыкаюсь на заметку.

«Найдено тело младенца», – сообщается в ней. Далее всего несколько строк о том, что на строительной площадке в Вулвиче обнаружены останки новорожденного и что полиция ведет расследование. Я перечитываю это раз за разом и все не могу до конца вникнуть в написанное, словно это какая-то инородная речь.

Тем не менее я хорошо знаю, о чем там говорится, и меня сразу обволакивает страх. Легкие сжимаются, выдавливая воздух, становится трудно дышать.

Я сижу, будто приросши к месту. Наконец возвращается Пол, весь влажный и распаренно-румяный, и тут же начинает вопить, на плите что-то горит. Свинина на сковороде почернела – сгорела просто до головешек. Я выбрасываю ее в мусорное ведро и поскорее открываю окно, чтобы выпустить из кухни дым. Потом достаю из морозилки готовую пиццу, ставлю в микроволновку. Пол между тем молча садится за стол.

– Нам непременно надо поставить датчики дыма, – спокойно произносит он вместо того, чтобы ру