Назад к книге

В кругу семьи. Смерть Иезавели (сборник)

Кристианна Брэнд

Золотой век английского детективаИнспектор Кокрилл

Ежегодная церемония поминовения давно умершей первой супруги сэра Ричарда Марча завершилась семейным скандалом: разгневанный аристократ пригрозил лишить потомков наследства. И в ту же ночь его отравили стрихнином, выкраденным из сумки его внука – врача.

Кто же из членов семьи решился на преступление и как убийце удалось не оставить никаких следов? Инспектор Кокрилл полон решимости установить истину…

Изабель Дрю недаром прозвали Иезавелью: эта красавица, казалось, имела в жизни единственную подлинную страсть – делать зло окружающим. А потому ее убийство прямо в ходе спектакля многих шокировало, но мало кого удивило.

Виновник – кто-то из одиннадцати мужчин, игравших рыцарей. Но кто? Их лица были скрыты во время спектакля забралами, а сами они с ног до головы закованы в одинаковые доспехи. И у многих, как выясняет инспектор Кокрилл, имелись свои причины избавиться от Изабель…

Кристианна Брэнд

В кругу семьи

Смерть Иезавели

© Christianna Brand, 1947, 1948

Школа перевода В. Баканова, 2017

© Издание на русском языке AST Publishers, 2018

* * *

В кругу семьи

Стивен Гард – семейный адвокат.

Бро – садовник.

Миссис Бро – его жена.

В числе вышеназванных лиц находятся две жертвы и один убийца.

Глава 1

Сидя в полутемном кабинете, Эдвард Тревис упоенно изливал душу очередному психоаналитику, сбежавшему (почти пятнадцать лет назад) из захваченной врагом Австрии.

– Да, доктор, мне почти восемнадцать. Но я пришел к вам тайно, потому что моя бабушка имеет обыкновение сопровождать меня и рассказывать массу подробностей, которые никому не интересны… Моя бабушка? Это леди Марч, жена моего деда сэра Ричарда Марча. Но ее дочь, то есть моя мать, была незаконнорожденной. Правда, с моим отцом она находилась в законном браке, так что…

– Но вас все же тяготила эта печать незаконнорожденности, мой мальчик?

– Пожалуй, – согласился Эдвард, на самом деле не придававший этому никакого значения. – Но самое ужасное, что мои родители утонули, катаясь на лодке, и все это произошло на моих глазах…

Это было не совсем верно, потому что сам он в это время был полностью поглощен возведением песочного замка на берегу. Однако чуть позже его няня подробно воспроизвела перед ним картину происшедшего, заметив, что от такого бедное дитя вполне могло повредиться в уме. Так что, когда в следующий раз ему грозило быть отшлепанным, он, приложив ручку ко лбу, объявил, что у него что-то с головой. К его радостному изумлению, наказание было отложено, и стало ясно, что теперь он находится в центре внимания и вызывает озабоченность. Ребенка последовательно показали нескольким важным джентльменам, которые произносили – обычно с сильным гортанным акцентом – весьма обнадеживающие фразы типа «он не должен переутомляться», «пусть делает то, что хочет», «ребенку лучше не перечить», и, поскольку бабушка регулярно повторяла эти лозунги, он прибегал к ним как к своего рода спасательному кругу всякий раз, когда надвигался шторм. В частных школах, которых Эдвард сменил великое множество, к нему относились как к весьма необычному ребенку, а их директора неизменно направляли его родным тактичные послания, в которых высказывалось предположение, что условия в их заведениях слишком суровы для столь деликатного растения. Со временем выяснилось, что юный психопат не может жить вне дома, а сам Эдвард перестал различать границы между реальными и выдуманными проявлениями ненормальности. Незначительный эпизод, произошедший пару лет назад, необычайно обострил воображаемую часть его состояния; и теперь от своего нового психиатра он услышал радостное известие, что может впадать в бессознательное состояние и прострацию, страдать от провалов в памяти, автоматизма и еще бог знает от чего…

– Вы хотите сказать, доктор, что я могу не сознавать, что делаю?

– Это вполне возможно, мой мальчик.

– Господи! – произнес Эдвард, пораженный услышанным.

– И еще вы не должны слишком резко поднимать взгляд! Это для вас опасно, так как может вызвать прострацию. И вы можете выронить из рук