Назад к книге «Ребятишки. Кокчетав, каким мы его помним» [Анатолий Шестаев]

Ребятишки. Кокчетав, каким мы его помним

Анатолий Шестаев

Воспоминания о детстве в городе, которого уже нет. Современный Кокшетау мало чем напоминает тот старый добрый одноэтажный Кокчетав… Но память останется навсегда. «Застройка города была одноэтажная, улицы широкие прямые, обсаженные тополями. В палисадниках густо цвели сирень и желтая акация. Так бы городок и дремал еще лет пятьдесят…»

Ребятишки

Кокчетав, каким мы его помним

Анатолий Шестаев

© Анатолий Шестаев, 2016

Фотография Матвей Шестаев

ISBN 978-5-4483-1655-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ребятишки жили в небольшом саманном домике с мамой, маленькой сестренкой и двумя старшими братьями. Впрочем, старшие постоянно жили у бабушки. Отец, не выдержав властного и своенравного характера своей жены, ушел из дома. А самый старший брат, Владимир, отслужив срочную службу в армии, женился и переехал в соседний Петропавловск. Так что, ребятишки жили сами по себе, и никто особо им не докучал своей опекой. Мама была занята постоянно работой и их воспитанием практически не занималась. Ребятишки целыми днями играли на огороде, благо места хватало. Кроме огорода был и небольшой сад, где росли смородина, крыжовник, тальник и несколько огромных тополей. Эти тополя служили мачтами пиратских бригов и шхун, дубами Шервудского леса, кокосовыми пальмами. Из тальника получались отличные луки. Под крыжовником устраивались шалаши, вигвамы, хижины. Фантазии у ребятишек хватало. Самым любимым занятием были «сражения» на деревянных саблях, мечах, шпагах, копьях, томагавках. Все это оружие ребятишки сами вырезали из дерева.

Перед домом располагался небольшой палисадник, где хозяйничала мама и ребятишки туда не заходили почти никогда. Какие там росли цветы! Летом и осенью благоухали на весь квартал и приковывали взоры прохожих. Астры, пионы, бархатцы. Но особенной любовью и гордостью матушки были георгины. Таких георгинов ребятишки никогда и нигде более не видели. Они были всех цветов и расцветок, большие, роскошные какие-то пышно-царственные. На первое сентября все соседи просили у мамы нарвать цветов для букетов школьникам. И мама не скупилась, одаряла цветами всех желающих. Денег, конечно, не брала. Да и кто тогда в городе покупал или продавал цветы? Ребятишки же приносили своей учительнице самые пышные и красивые букеты.

Ребятишки были похожи друг на друга абсолютно. Кроме матушки никто их различить не мог. Но у одного из них на теменной части головы имелась большая родинка. Называлась она «шишка». И вот по этой «шишке» их и могли различить, но это сразу после стрижки, а потом она снова зарастала волосами. К чести ребятишек они никогда не пользовались своим сходством, ни при каких обстоятельствах. Бывали, конечно, казусы, их путали, но это в основном уже после окончания школы.

В огороде выращивали картошку, огурцы, бобы, морковку, свеклу, лук, и вечнозеленые помидоры. Участок был небольшой, соток пять, но картошки всегда хватало на год и была она очень вкусной. Поздним летом и осенью ребятишки постоянно грызли морковку, горох, очень любили бобы, особенно черные и фиолетовые. А вот помидоры почему-то не любили. Да и не поспевали они на корню, их срывали бурыми, и они доспевали уже под кроватью. В огороде росло еще много паслена и ребятишки объедались им каждый день. Яблони в те времена в Кокчетаве практически не росли и яблоки были лакомством. Не говоря уже о грушах, винограде. А персики ребятишки попробовали только в четвертом классе и с тех пор они стали самыми любимыми фруктами. Мандарины только на Новый год и в очень небольшом количестве. Бананы только в книжках про Африку. Ананасы это что-то из области фантастики.

К огороду почти вплотную разливалась огромная лужа, ее называли болотом. Весной и осенью болото разливалось и превращалось в целое озеро и на нем бывали даже небольшие волны. Однажды ребятишки были свидетелями того, как сосед по прозвищу Шиш почти преодолел болото, которое никто и никогда не переплывал и не переходил. Дело было так. Маленький зловредный сын Шиша по прозвищу, конечно,