Бомж. Роман М. Веллера

Нашла хорошую рецензию, автор которой вступил со мной в полемику. Статья очень интересная. Очень тонко замечено деление персонажей на стаи. К тому же я люблю, когда рецензенты сравнивают книги различных авторов, выстраивают культурный диалог. И в то время как многие критики и читатели пошли по более очевидному (хотя, на мой взгляд, не самому верному) пути - параллели с Достоевским, с Горьким и т.п., - Фёдор Киприянович Чернов поддержал мою идею, что в "Бомже" "читается" роман "Тошнота" Жана-Поля Сартра, за что ему, Федору Киприяновичу, отдельное спасибо!

****

Бомж. Роман М. Веллера

Фёдор Киприянович Чернов

В аннотации на задней обложке книги Веллера читаем: «Новый роман Веллера написан в русле главной гуманистической традиции русской классики: жажда справедливости «униженных и оскорблённых». (1)

В чём-то роман «Бомж» перекликается с произведениями Достоевского и других классиков. Ближе всего, пожалуй, с пьесой А.М. Горького «На дне».   

А вот Елена Сергиева в своей рецензии на сайте Libs.ru опровергает это мнение: 

«(…) Так и обложка "Бомжа" ; старая газета и портрет джентльмена, печально взирающего на нас из XIX века, ; просто приемлемая обертка для политически дерзкого содержания. Для недогадливых. О жизни бомжей вы узнаете из книги немного. И если вы за Достоевским, то вам тоже в другую очередь». (2)

В пользу её версии свидетельствует и фотоснимок на форзаце книги, запечатлевший вооружённую молодёжь революционного времени на фоне домов современного мегаполиса. Затем она оговаривается, что тень Достоевского «вне фокуса мелькнёт не раз». 

Елена Сергиева так характеризует героя: «Главному герою около 50 лет, и кличка Пирамида указывает на его финансово бурное прошлое. Ныне он вольный человек, Атос, уже свободный от страха все потерять. Повелитель помойки 17-го дома, крепкий левый хук которого позволяет отстоять свое право на эту экономическую зону». 

Названный рецензент заявляет, что ради выражения своих идей автор поступается художественностью. Тем не менее, отмечает некоторые «моменты, когда Веллер бьет не в лоб, а в поддых. Так, в сцене изнасилования мальчика бомжом Петюней шокирует не только аморально-криминальный фасад происходящего, но и реакция свидетеля. Точнее, ее отсутствие. Не раз и не два герои книги кажут: добра у них на ваше зло уже не осталось. И что им слеза или ярость ребенка, когда все равно всех имеет Матрица. А бывших советских граждан ; старая ЭВМ, мигающая лампочками и дрожащая стрелками». 

Тут хотелось бы возразить уважаемому рецензенту. Насчёт отсутствия реакции свидетеля. Читаем в романе внутреннюю речь главного героя о названном Петюне:

 «Когда-нибудь я его, педофила поганого, убью. Вот будет настроение особенно поганое, и я его убью» (с.35). 

Дальше он думает, что таких субъектов стерилизовать надо. Однако возмущения не высказывает. А лишь поддразнивает извращенца, который кормит малолетнего бродяжку, а затем подсовывает ему сигарету с наркотиком. Чтобы задурманить тому голову.  

Однако Пирамида не препятствует Петюне и не предупреждает мальчишку. Но откуда взялся мальчишка? Он находился среди стайки беспризорников, напавших на заснувшего в парке Пирмиду: 

«Чёрная лакированная туфля с острым твёрдым носком бьёт особенно больно. Пацанов человек шесть, на вид ещё дети, и жалости они не знают. Зверёнышам убить – азартная игра» (с.31) 

Как раз обладателя чёрной туфли Пирамида и вывел из строя, другие бежали, завладев его сумкой с припасами. 

Так что – Пирамида из мести не вмешивается в поползновения педофила? Нет, они состоят в одной стае, как беспризорники – в другой стае. 

 Это мы наблюдаем в главе «Собака», где некто по прозвищу Капитан подманил бродячую собаку, чтобы убить её и сделать из неё шашлык. 

Вся бездомная компания осуждает намерение живодёра. Однако никто не препятствует ему, один из них даже помогает. Своя стая. Опять же и есть охота. После того, как все, даже «гуманист» по прозвищу Белинский, насытились шашлыками, тот, кто помогал Капитану, врезал ему в правую скулу: 

«Извини, братан, - сказал Федя. – За обед – братское тебе спасибо. Давно так не ел, это правда. Смогу – тебя угощу. Но пойми ты меня тоже – ну не смог я стерпеть!»  

Какие-то понятия о чести и совести у этих бродяг остались. Более того, в своих разговорах многие из них с жаром критикуют власть, общественное устройство, историю нашей страны. Например, «диссидент» по кличке «Седой».  

Бомж по кличке Мент рассказывает историю своей жизни. Служил он в милиции, одобрял всё, что идёт от власти, ругал оппозицию. Восхищался Путиным. И вдруг в какой-то момент у него начинаются приступы рвоты. Тошнит его тогда, когда он видит и слышит демагогические речи и действия.  

Тут явно прослеживается влияние романа Жана-Поля Сартра «Тошнота». Однако существует кардинальное отличие героев указанных авторов. У Сартра это явление обосновано философски. «Омерзение, отвращение к неразумному, вещественному, детерминированному, естественному, к привязанности к жизни, к нежеланию «не быть» становятся для Сартра повивальной бабкой свободы» (3. К.Вайс. Философская энциклопедия, с.405).  

В романе Сартра герой рассуждает так:

 «Тошнота не прошла и вряд ли скоро пройдёт, но я уже не страдаю ею – это не болезнь, не мимолётный приступ, это я сам» (4. С.136)

Общее между главным героем романа «Бомж» и сартровским героем Антуаном Рокантеном также в том, что они осознают себя лишними людьми. Есть и отличие. Рокантен писал об этом в дневнике так: «К счастью, я этого не чувствовал, скорее я понимал это умом(…)». 

 Пирамида же не только понимает, но и слишком даже чувствует себя лишним. Особенно тогда, когда заболел, сильно простудившись. И в поликлинике ему не помогли, и скорая помощь не захотела с ним возиться. Сумел сам выкарабкаться.

Роман Веллера отличается от названного произведения французского писателя-философа тем, что написан на злобу дня. Для того, чтобы высказать устами героев крайнее неприятие власти, о чём автор писал напрямую в других произведениях, таких, например, как «Срок для президента». В этом я согласен с Еленой Сергиевой. 

Но не разделяю её мнения о том, что в книге действуют не персонажи, а маски. По-моему, существование бомжей представлено ярко.

Главный герой, которого зовут вроде бы Евгений Олегович, ненавидит государство. И в том, что бомжем он стал, тоже как будто государство виновато, нынешняя власть. А то и весь народ. Он рассказывает о своей добродяжной жизни в главах «Я в замке король», «Золотая пещера». Как в лихие 90-е купил инвестиционную фирму, и стал в двадцать один год нуворишем. Бывший богач вспоминает:

«И народ попёр! Попёр и понёс деньги! (…) Первый день у меня кружилась голова от нереальности всего этого. О чём они думали, во что они верили – хрен их знает. Как фантики отдавали. Игра в бизнесменов» (с.47)

Пожил Евгений (в другом месте его Игорем назвали) Олегович в роскоши за счёт обмана людей. И оправдание у него имеется: «воровское государство воспитывает воров» (с.50).  

Вроде бы он ни в чём не виновен. Однако в главе «Мальчик по вызову» вспоминает, как в юности приходилось быть жиголо – жить за счёт богатых любовниц. И ему в голову приходит мысль:

«А может, есть общее между проституцией и финансовым бизнесом, и одно перешло в другое?» Впрочем, размышления на том не кончаются и продолжаются, оканчиваясь апелляцией к Богу. 

Из-за финансовой авантюры главного героя арестовали его мать, которая затем скончалась на зоне. Сильнейшее потрясение испытывает Пирамида, а вместе с ним и читатель, когда из украденного (подобранного) им мобильника он слышит голос матери. 

 Голос с того света.

 «Кошмар запустил тонкие ледяные когти в мозг, и мир распался на странные и разрозненные узоры» («Звонок», с. 153). 

После этого события(?) Олегу хочется забыть прошлое как дурной сон. А было ли это прошлое, которое он вспоминал? В романе есть персонаж, которого зовут Актёр. Так вот он пускается в воспоминания об актёрских выступлениях. Хотя на самом деле работал хоть и в театре, но, вроде бы, в гардеробе.  

Может быть, у главного героя нечто подобное? Он мечтает о ЖАМЕВЮ, а вся его жизнь - ДЕЖАВЮ?   

  Источники  

1. Бомж: роман / Михаил Веллер. – Москва: АСТ, 2015

2. Елена Сергиева. Что не позволено Юпитеру, то позволено бомжу. Libs.ru 6.03.2015

3. Краткая философская энциклопедия. А/O «Издательская группа «Прогресс», Москва, 1994

4. Сартр Ж.-П. Тошнота: Избр. произведения / Перевод с фр.; Вступ. ст. С.Н.Зенкина. - М.: Республика, 1994 


Оригинал: Проза.ру, © Фёдор Киприянович Чернов, сборник "Авторы и произведения"

0
0 1213