Назад к книге «Довлатоff, или Дама сдавала в багаж не чемодан – саквояж» [Елена Ковкова]

Предисловие

В очередной раз перечитывая «Чемодан» Довлатова, мысль посетила: случись, как и ему когда-то, собраться в эмиграцию, или ещё куда, что бы и я с собой взяла? Поднакопила что к моим, увы, немаленьким годам? Что дорого, а что оставила бы, и без всякого сомнения? А что и вовсе постаралась бы забыть без сожаления, и никому о том не говорить… Вопрос совсем не праздный для меня! И вот решила, что попробую и я, побуду, как Довлатов! И напишу о том, что видела когда-то, пережила и через душу пропустила, не выбросила! В чемодан сложила, в чулан его задвинув до поры…

И любопытно стало мне порыться в нем и посмотреть, что же за хлам, не хлам за жизнь мою поднакопился там?! И вот подумала, пора уборку сделать, инспекцию, ревизию и настежь отворить чулан и из него достать свой запылённый чемодан! В моём случае – саквояж.

Глава 1.

Наши жёны – пушки заряжёны

Я не уверен, что считаю себя писателем. Я хотел бы считать себя рассказчиком. Это не одно и то же, писатель занят серьёзными проблемами, он пишет о том, во имя чего живут люди, а рассказчик пишет о том, как живут люди.

    С. Довлатов

Наш прапрадед Ксенофонт родился под Великим Новгородом в большом, богатом и известном на всю Российскую империю селе Вареж. Село издавна славилось своими ремёслами, в том числе лозоплетением. Когда-то в это прибыльное производство вложился дальновидный греческий купец, и в селе обосновалась, хотя и небольшая, колония греков. Предок наш прямого отношения к лозоплетению не имел, был он кряжист и силён и профессию имел под стать – кузнец. Прапрадед изготовлял всё, что было необходимо его односельчанам: различные орудия сельхозпроизводства, подковывал местных и заезжих лошадей и, как водится, на досуге, ещё и гнул эти самые подковы…

Зато наш прадед имел самое прямое отношение к греческой нации, поскольку батюшка его был счастливо женат на одной из греческих переселенок. Мать-гречанка звалась Ариадна, и сына своего, нашего прапрадеда, наградила греческим именем Ксенофонт. Помимо имени, наградила ещё и южным темпераментом и взрывным нравом, но и как приятное дополнение – абсолютным музыкальным слухом и певческим голосом. Предок, несмотря на своё имя – Ксенофонт, что с греческого переводится как чужой голос, пел не чужим, а своим родным, русским, сильным голосом. Пел он с великим удовольствием и в церковном хоре, и дома, и на сельских праздниках, аккомпанируя себе на гармони. Кроме любви к искусству, наш прапрадед очень любил старшую свою дочь Грушеньку, слывшую по словам моей бабки, первой красавицей на селе. Но эта отцовская привязанность всё же не помешала прапрадеду выдать её семнадцатилетней и помимо её воли за купца из соседнего села. Купец был старше юной Грушеньки на несчастливые тринадцать лет и знал, что сердце красавицы занято другим. Но влюблённого прадеда это обстоятельство не смутило, и он всё же рискнул и женился на своенравной Грушеньке в надежде, что стерпится, слюбится, и увёз юную жену подальше от объекта её девичьей любви. И не в своё родное соседнее село, до которого рукой подать, а за тридевять земель, в далёкий и холодный Екатеринбург. Несчастная прабабка оказалась вдали и от любимого, и от матушки и от родных берегов. В захолустном, деревянном, уездном на тот момент городе Пермской губернии. Скучном, пыльном и душном летом – и ещё более скучном, холодном, снежном и тоскливом – зимой. Ей, привыкшей к широким волжским просторам, пришлось мириться с жалким, в сравнении с (Волгой-матушкой и Окой, между которыми раскинулось её родное село – Вареж) притоком реки Иртыш – Исетью, далеко не самым большим притоком, прямо скажем. Поначалу всё у неё складывалось весьма неплохо, как и должно в любой добропорядочной купеческой и православной семье. Муж её Григорий из сельского жителя и купца средней руки превратился в главу большой семьи, горожанина и самого крупного поставщика мебели из лозы на Урале. Дела шли неплохо, капитал прирастал, и по такому случаю, чтобы угодить молодой жене, которую безумно любил, Григорий вложил часть средств в открытие книжного букинистического магазина. Агриппина Ксенофонтовна знала греческий, латын

Купить книгу «Довлатоff, или Дама сдавала в багаж не чемодан – саквояж»

электронная ЛитРес 48 ₽