Я плыву навстречу облакам
Геннадий Толузаков
Истоком жизненного пути автора стала Волга с ее замечательными городами Ахтубинск и Балаково. Но мальчишеские мечты звали к морю, и для юного нахимовца начался самый яркий этап его жизни – служба в Военно-Морском Флоте. Уже капитану 1 ранга есть что вспомнить и рассказать о незабываемых годах службы на Тихоокеанском флоте и о ставшей родной бухте Советская Гавань. До сих пор в памяти свежи воспоминания учебы в Военно-морской академии и службе в Управлении противолодочного вооружения ВМФ. Но и после завершения службы жизнь раскрыла не менее интересные горизонты. Автор много путешествует и занимается увлекательной работой в индустрии гостеприимства. А самое главное – есть время, возможность и желание посвятить свое будущее творчеству. Многое уже сказано в ранее выпущенных 2-х сборниках авторских стихов: «И жизнь, и море, и любовь» и «Лирика, навеянная морем», но жизнь продолжается, и есть возможность познакомиться с его третьей книгой.
Геннадий Толузаков
Я плыву навстречу облакам
© Толузаков, 2015
© Московская городская организация Союза писателей России
Чудо, или без вести вернувшийся
В канун 70-летия победы нашего народа в Великой Отечественной войне, когда вся страна готовилась торжественно отметить эту знаменательную дату, со мной произошло невероятное событие, которое иначе как чудом не назовешь. К чудесам я всегда относился осторожно, но особенно сложным для меня было понимание чудес, связанных с духовным миром и их божественным толкованием. Мое пытливое «я», полное сомнений, пространно рассуждало о существовании другого измерения – божественного, более разумного и совершенного, с которым иногда соприкасаются наши души. Потрясшее меня чудо поставило передо мной еще больше вопросов, на которые у меня нет даже самых фантастических ответов, я только понимаю, что предшествующие ему события не были случайными, если на них непостижимым образом откликнулась душа моего деда.
Мой дед, Толузаков Климентий Антонович, погиб в годы ВОВ и не оставил о себе ни одной строчки даже в стандартной солдатской похоронке. А может и была похоронка, но ее некому было получить, так как в самом начале войны мой отец, его четыре сестры и брат оказались в детдоме после похорон матери. Дед с войны так и не вернулся, и где он сложил голову, защищая Отечество, для нашей семьи было трагической тайной. А я почему-то всегда знал, что буду, как и он, – военным. Каких только его героических поступков и воинских заслуг я не представлял себе, взрослея и мужая! В моих детских мечтах он был почему-то танкистом и командовал танковой бригадой, защищая Москву. Возможно, мне передались мальчишечьи образы моего отца о героическом прошлом деда. О чем он думал, вспоминая об отце? Ему было десять лет, когда дед в 41-м ушел на фронт. А мне – девять, когда умер отец. И в том возрасте я еще не задумывался об истории своих предков, да и воспоминания были размытыми/отрывочными, как калейдоскоп. Потом, когда пришло намерение найти свою кровную ниточку – кто мы и откуда, – было уже поздно: затерялись или ушли из жизни все родственники, кто мог вспомнить, когда дед родился, откуда призывался, кто были его родители, да и многое другое, ценность чего мы часто начинаем осознавать, когда возможность упущена. А тут еще ни семейного архива, ни фотографий. Ничего, кроме надписи на памятнике всем односельчанам, не вернувшимся с войны, в селе Матвеевка. Только односельчанам не одной, а трех деревень, после войны ушедших под затопление Саратовским водохранилищем. Одна из них – деревня Красный яр, где, возможно, и остались корни моих предков.
Итак, я – капитан 1 ранга в отставке, мне за пятьдесят, у меня свои дети и внуки, и в свободное время я пишу стихи. Сейчас, в обратном отсчете выстраивая цепочку начала своего общения с дедом, пропавшим без вести, пытаюсь вспомнить, что послужило толчком нашего сближения: написанные мной стихи «Мой дед – безымянный солдат войны…» или картина, подаренная мне на день рождения друзьями. Хронологически все-таки вначале была поездка на озеро Селигер в город Осташков на могилу деда моего сокурсник