• ЧТО ПОЧИТАТЬ

Книга Школа жизни. Честная книга. Любовь – друзья – учителя – жесть

Книга Школа жизни. Честная книга. Любовь – друзья – учителя – жесть

Школа жизни. Честная книга. Любовь – друзья – учителя – жесть

Обратите внимание, вы можете подбирать что почитать на страницах

Школа жизни. Честная книга. Любовь – друзья – учителя – жесть
  • Информация
  • Оригинальное название: Школа жизни. Честная книга. Любовь – друзья – учителя – жесть
    Название: Школа жизни. Честная книга. Любовь – друзья – учителя – жесть
    Автор(ы):
    Оценка: 0.00 из 5 голосов 0
    Год:
Читать онлайн легально прочитать отрывок из книги
Купить книгу "Школа жизни. Честная книга. Любовь – друзья – учителя – жесть"
Скачать отрывок книги для чтения
  • Описание
  • "Школа жизни. Честная книга. Любовь – друзья – учителя – жесть" — это не малая проза Дмитрия Быкова. В данном случае он выступил лишь составителем сборника мемуаров, выпущенного "Редакцией Елены Шубиной". А авторство принадлежит участникам конкурса сочинений-воспоминаний, людям, чьи школьные годы пришлись на позднюю советскую эпоху и ее финал — 1960-1990-е годы.

    Не раз и не два Дмитрий Быков с горечью отзывался о детской поре и травмирующих методах воспитания и образования, к которым прибегает система, дабы подстричь всех детей под одну гребенку. Советская школа с коммунистической идеологией, с пионерскими и комсомольскими собраниями, на которых детей заставляли "гневно осуждать антисоветчиков", конечно, никак не является идеальным образцом свободы и творческого развития. И акценты Быков, работая над сборником, расставил соответствующие. Издатели, со своей стороны, отмечают, что многие сочинения конкурсантов носят скорее ностальгический характер: люди все-таки скучают по школе, учителям, друзьям. Ведь верно подметил Пушкин: "Что пройдет, то будет мило".

    Итак, что же самое важное в сборнике: жесть или ностальгия? Решать читателям.


    ***

    Цитаты:

    "Баба Аня меня учила: „Все что-то обсуждают, а ты молчи, молчи“".

    "Ведь все равно скоро война, и все мы умрем. Пока я решала, как лучше прожить оставшиеся до американской бомбардировки месяцы (ну, год-два максимум), Андрюшка, наш одноклассник, погиб, подорвавшись на гранате не то немецкого, не то советского производства".