Назад к книге «Возвращение из мрака. Книга вторая» [Алексей Гунарович Зайцев]

Возвращение из мрака. Книга вторая

Алексей Гунарович Зайцев

Убитый горем отец использует черную магию, чтобы вернуть дочь. Но кто вернется? Что за существо в теле дочери, которое испытывает лишь голод, который невозможно утолить?

На её руках – следы земли с кладбища, на губах – невысказанная жажда. Она смотрит на людей не как на близких, а как на пищу. И с каждым днем это существо в теле его дочери становится сильнее, а его голод – все более ненасытным.

Что переступило порог между мирами в ответ на отчаянный зов? И какую цену придется заплатить отцу, который осмелился обмануть смерть, когда он поймет, что вернул в мир не свою дочь, а нечто, что использует её образ как маску, скрывающую настоящий ужас?

Алексей Зайцев

Возвращение из мрака. Книга вторая

Пролог

В архивах Ордена Хранителей найден дневник, датированный 1891 годом. Многие страницы повреждены, некоторые залиты чернилами, словно писавший торопился или дрожал. Текст начинается на середине страницы:

"Теперь я понимаю, какую ужасную ошибку мы совершили. Мы, Хранители, веками охраняли грань между мирами, не подозревая, что служим лишь инструментом в руках существ, древних как само время. Они позволили нам думать, что мы защищаем человечество от 'вернувшихся' – тех, кто восстал из мёртвых. Но правда оказалась страшнее.

Всё начало проясняться, когда я обнаружил древний манускрипт в нашей библиотеке. Книга, которую мы зовем "Кодекс Далеких звезд" дающая запретные знания древних, в том числе о возвращении мертвых, была создана не людьми. Её создали Они – Древние, существа, правившие Землей эоны назад. Каждый ритуал возвращения, каждое воскрешение – это не просто нарушение законов природы. Это часть большого плана.

'Вернувшиеся' никогда не были нашими умершими близкими. То, что мы принимали за воскресших людей – лишь сосуды, заполненные сущностью Древних. Каждый успешный ритуал воскрешения открывает крошечную трещину между мирами, позволяя частице их сознания просочиться в наш мир. Они используют нашу скорбь, наше отчаяние как ключ, открывающий двери их темницы.

Я начал замечать закономерности. Все 'вернувшиеся' проявляют странное внимание к древним артефактам и местам силы. Их тяга к другим мертвецам – это не просто голод, это поиск подходящих сосудов для своих собратьев. Каждый успешный ритуал делает грань между мирами тоньше, позволяя все большему количеству Древних проникать в наш мир.

Но самое страшное открытие я сделал вчера. В архивах я нашел документы, доказывающие, что сам Орден Хранителей был создан ими. Веками мы думали, что боремся с тьмой, а на самом деле лишь поддерживали равновесие, которое было им выгодно. Мы сохраняли знания о ритуалах, передавали их тем, кто был 'достоин' – тем, кого они выбрали.

Другой Орден – Искатели, тот, что стремится получить знания Древних – они ближе к истине, чем мы думали. Но даже они не понимают всего масштаба. Они считают, что смогут контролировать эти знания, использовать их. Какая наивность…

Я пишу это в спешке, потому что чувствую – они уже знают, что я раскрыл правду. Моя тень… она движется неправильно. В зеркалах я вижу отражения, которые не принадлежат этому миру. И я слышу их шепот, все громче с каждым днем.

Тем, кто найдет эти записи: не пытайтесь воскрешать мертвых. Не пытайтесь обрести бессмертие, власть или богатство через древние знания. Каждый ритуал – это еще один шаг к их возвращению. Они спят под землей, в складках реальности, ожидая, когда достаточно душ будет принесено в жертву их пробуждению. И когда это произойдет…

Последняя запись обрывается. На следующей странице нарисованы странные символы, похожие на те, что находят в древних пещерах. Под ними дрожащим почерком написано: 'Они не мертвы, и не спят. Они ждут.'"

Пролог. часть 2

И было сказано в древних свитках: остерегайтесь тех, кто возвращается из-за грани. Ибо они приходят в обличье знакомом, но суть их – тьма безвременья.

Знайте их по делам их, ибо хоть и носят они лица любимых, но пусты глаза их, как колодцы в забытых городах. И движутся они не как дети человеческие, но как тени в глубинах вод.

Голод их не утолить хлебом земным,