Загадки истории. Иллюстрированное издание
Эдвард Станиславович Радзинский
Иллюстрированная история с Эдвардом Радзинским
Эдвард Радзинский – писатель, драматург, историк, сценарист, а также создатель телевизионных передач и документальных фильмов. Его книги о Николае II, Распутине, Александре II и Сталине вышли в крупнейших мировых издательствах, переведены на 40 языков и стали бестселлерами по всему миру.
Книга «Загадки истории» приподнимает занавес над известными тайнами. Известные исторические персонажи предстают перед нами в совершенно неожиданном свете, а тайны, терзавшие многие поколения, распутываются прямо на наших глазах. Княжна Тараканова, Казанова… Что общего между красавицей-авантюристкой и неутомимым сердцеедом? Они дети века восемнадцатого, их имена не названы, но все они узнаваемы. Их судьбы привлекали внимание современников и занимали умы потомков. Их жизнь и смерть – череда загадок, которые История не спешит раскрывать. В книге Эдварда Радзинского – смелые авторские версии, оригинальные трактовки исторических событий.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Эдвард Станиславович Радзинский
Загадки истории
© Э.С. Радзинский, 2025
© ООО Издательство АСТ, 2025
Последняя из дома Романовых
Домики старой Москвы
Слава прабабушек томных,
Домики старой Москвы,
Из переулочков скромных
Все исчезаете вы.
Марина Цветаева
Они прячутся в старых, кривых московских переулках. И там, величественные и жалкие, как состарившийся Казанова, греют на солнце свои колонны – облупившиеся белые колонны московских дворцов XVIII века… Зажатые между огромными домами, они выплывают из времени. Миражи. Сны наяву.
Ах, эти дома желтой охры, античный фриз на фронтоне – гирлянды, веночки, летящие гении, за толстыми стенами – прохладная темнота зала, полукруглые печи, чудом сохранившийся расписной потолок, и вековые деревья за оградой.
В дни молодости моей довелось мне жить в таком доме. И в долгие зимние вечера, когда так чудно падает снег и странно светят фонари, я любил сидеть в своем доме. Осторожно ставил я на стол тот шандал.
Как он попал ко мне?.. Как уцелел после всех пожаров, войн, революций и отчаянных скитаний несчастной семьи? Когда-нибудь я расскажу и эту историю. когда-нибудь.
Старинный бронзовый шандал со свечой, загороженный маленьким белым экраном в бронзовой рамке, поставлен на столе.
Я погасил электрический свет, засветил свечу – и побежали по потолку, по стенам зала торопливые тени.
И проступило изображение на экране: у горящего камина на фоне высокого окна сидит молодая красавица. Неотрывно глядит она в небольшой серебряный таз, стоящий у ее ног. В тазу по воде плавают крохотные кораблики с зажженными свечами.
Это старинное венецианское гадание. В тот день она решила узнать свою судьбу. О, если бы она ее узнала!
Как я любил разглядывать ее лицо на старинном экране. Томно склонив головку с распущенными волосами, она глядит в серебряную воду. И плавают, плавают свечи на крохотных корабликах. И колеблется неверное пламя.
В эту женщину были влюблены самые блестящие люди века. Ее красоте завидовала Мария Антуанетта. И мечтательный гетман Огинский, и властительный немецкий государь князь Лимбург были у ее ног. Ей объяснялся в любви самый блестящий донжуан Франции – принц Лозен. И граф Алексей Орлов, самый блестящий донжуан России…
Тогда, в том доме, я собирал по крохам все, что осталось о ней.
И, читая полуистлевшие письма истлевших ее любовников, я шептал вслед за ними безумные слова: «Ваши глаза – центр мироздания», «Ваши губы – моя религия», «Ваши руки подобны плющу нежности». Уходят наши тела. Но страсть и любовь остаются.
И все чаще стало мерещиться мне.
Исчезал московский домик. Пропадал, тонул в снежной метели.
И видение Санкт-Петербурга: белая петербургская ночь, безжалостный золотой шпиль крепости. И кронштадтский рейд. И силуэты фрегатов в белой ночи.
Несколько точных дат
Самое неправдоподобное в этой истории, что это правда.
Джакомо Казанова
Кто не жил в XVIII веке – тот вообще не жил.
Талейран
В конце мая 1775 года пришла в Кронштадт из Средиземного