Кукольный домик
Кирилл Шапкин
Эр работает в фирме, занимающейся продажей человекоподобных кукол. Однажды он решает воспользоваться одной из них в своих личных, сугубо интимных интересах и неожиданно сталкивается со странными обстоятельствами, после которых мир начинает ему казаться одной большой иллюзией. Теперь Эру предстоит узнать, что в действительности скрывается за всеми теми необычными событиями, возникшими в его жизни. И кем на самом деле окажутся все те люди, с которыми он повстречается на своем пути?
Кирилл Шапкин
Кукольный домик
Эр мчался по пустой автостраде, задержав от напряжения дыхание. Выдохнув и навалившись грудью на руль, он вперил взгляд в смутные очертания дороги, периодически исчезающей в гуще пасмурного тумана. По горбу спины бежал легкий озноб, ибо Эр в смятении, как бы встрепенувшись ото сна, вспоминал, что у него за спиной, в темном пространстве багажника замертво лежат друг на дружке три выключенные человекоподобные куклы женского пола в изящных вечерних платьях. Последнее время, при мысли об этих неживых, лживых, наполненных равнодушно хохочущим, прохладным ничем созданиях, у него неприятно бурлил желудок. Который год Эр занимался обслуживанием кукол в одиноком, хилом магазинчике на окраине прокалывающего небо города, который привлекал внимание скользящих мимо автомобилей яркой лиловой вывеской с изображением страстно целующейся пары.
Фары тучного, квадратного, неуклюжего фургона с ощутимой тяжестью выхватывали из серой пелены, окутавшей шоссе, тощую разделительную полосу. Эр судорожно нажал на тормоза, когда мимо в противоположном направлении стремительно пронеслись две расплывчатые, мутные, намазанные на туман маслянистые желтые точки, которые тут же канули в небытие, оставляя после себя след красных отблесков в зеркале заднего вида. Эр показалось, что эти несущиеся навстречу светлячки почувствовали, как в душном пространстве багажника вожделеют в сумрачном, похотливом желании совершить долгожданный вдох три синтетических трупа, ибо вскоре – каким жалким, незначительным для них являлся этот временной промежуток! – в них наконец вдохнут ту самую жизнь, окажись они в крепких лапах разгоряченных, опьяненных алкоголем мужчин.
И в самом начале своего карьерного пути в роли курьера Эр не знал разочарований – он усердно трудился и с ответственностью развозил кукол по глянцевой кляксе обширного города. Но в один момент, после единственного странного случая, что-то в нем поменялось: в глубине души Эр дернулся заржавевший рубильник, который позволил его мыслям колесить по непривычному маршруту, ибо теперь куклы стали вызывать в нем ужас. Теперь, когда Эр на них смотрел, то начинал трястись, дрожать, в груди полыхало холодное пламя, все переворачивалось, дергалось в спазме, будто от прикосновения льда, а потом бурлило и закипало, словно его обливали жгучей магмой. По горлу неотступно полз сырой и склизкий рвотный ком. После инцидента Эру стало противно прикасаться к куклам, возвращать их к существованию, быть с ними рядом наедине. Часто он совершал попытки убедить себя в иррациональности проникающего в разум страха. Бессонными ночами Эр искренне восхищался тому, как он хитро все себе выдумал, как немалую роль сыграла его богатая фантазия, и поэтому многое, что он уже знал о куклах, по какой-то неизвестной, глубинной причине сложилось в окончательную пугающую картину.
Загудел телефонный аппарат, встроенный в фургон фирмы по продаже человекоподобных кукол. Эр ткнул пальцем в синий дисплей, выглядывающий из темноты рядом с рулем. Раздался плотный, напористый и звенящий бас.
– Привет, как самочувствие? – спросил Макс, его давнишний друг, с которым они вместе когда-то учились. Эр никак не мог припомнить на какую специальность они тогда поступили.
– Ужасное, но жить можно, – бросил Эр.
Из тумана, разрезаемого двумя золотистыми столбами света, проступали сияющие бронзовым смогом стволы тянущихся вдоль ленты шоссе развесистых деревьев – тех вечно недвижимых существ, которые днем наслаждаются теплыми ласками солнца, а ночью питаются слабым, безучастным дыханием далеких звезд, спрятанных за вздутыми пе