Назад к книге «Параллельные. Великое переселение» [Павел Валерьевич Шершнёв]

Параллельные. Великое переселение

Павел Валерьевич Шершнёв

Что можно сделать, когда долину затапливают воды океана, проход в другой мир закрыт, а вокруг плавают хищные рыбы?

Павел Шершнёв

Параллельные. Великое переселение

Прошло две недели, как Олег и Вася застряли в параллельном водном мире, где сушей являлась воронка от столкновения Земли с планетой Тейей когда-то в начале времён. И только кромка из каменистой породы не давала океану закрыть своими водами этот клочок суши. Местные люди, которых похищали из параллельных миров, уже давно привыкли к жизни в этой реальности, большинство из них были рождены уже в этом месте, и оно стало для них единственным домом. У Олега тут девушка Агнеша, а бывший скупщик из ломбарда Вася, пришёлся не к месту. Вынужденно ему пришлось жить с одной престарелой парой. Им возраст не позволял долго и много работать на огороде, а этому молодому человеку гордость. Ведь кем он был: МЕНЕДЖЕР по приёму в ломбарде! А теперь? Поэтому с раннего утра он старался быстрее свалить до самого вечера из деревни в поисках золота. А его тут пруд пруди. Это из-за своей жадности он не смог вернуться обратно в свой мир. Ворота природного портала он испортил сам, отковыряв золото из нагрузочной петли, а Пётр Алексеевич не собирался отворять больше никому проход своим устройством, как в этот мир, так и из него. Телефон Васи разрядился в его первый день пребывания в этом месте, а у Олега сувениром от своего мира сохранился Power Bank с солнечной батареей для самозарядки, о которой Вася не знал, как впрочем, и о телефоне, а Олег редко пользовался телефоном только в качестве часов, для экономии энергии. Пётр Алексеевич подсказал ему, что чем чаще заряжается и разряжается аккумулятор, тем быстрее он приходит в негодность. В плане того, что с каждой зарядкой он начинает накапливать меньше заряда и быстрее выйдет из строя. А хотелось сохранить работоспособность телефона как можно дольше. Исключениями были фотографии, которые Олег делал лишь в редких случаях.

Утро. Олег лежит и настойчиво чешет своё обросшее лицо. Агнеша с довольным лицом лежит рядом на соломенном матрасе, поглаживая своего котёнка Мурку, расположившегося на её животе, и спрашивает Олега:

– Ты чего чешешься?

А дед, Пётр Алексеевич с иронией добавил:

– Как плешивый…

– Дома я всегда брился, не люблю растительность на лице. – ответил Олег: Как то не додумался, пока был в своём мире, взять бритвенные наборы…

– Я тоже долго чесался, когда сюда попал. – добавил дед, поглаживая свою бороду: Мне тогда было около тридцати пяти. Тут-то никто не бреется, а я с гладкой кожей на лице и вовсе за юнца сошёл, пока не оброс.

– Пётр Алексеевич, а долго чесались? – поинтересовался парень.

– Потерпи ещё пару недель и привыкнешь…

– Как можно такое терпеть? – продолжал чесаться Олег: Мне тут не спалось, и всё думал одну вещь. Вот глядите: из моего мира порталом сюда служила местная петля из золота, которую нет-нет запитывала рыба с электричеством и проход открывался. Вы, Пётр Алексеевич попали сюда через свой прибор. Как у нас тут недавно выяснилось – мы из разных параллельных миров. Отсюда вопрос: Я принёс Ваш прибор из своего мира или из Вашего? Если он из моего мира, тогда возникает ещё один вопрос: Куда делся другой Пётр Алексеевич и моего мира? Но по факту через тот прибор я попал сюда. Значит я, скорее всего, был в Вашем мире. Так получается?

– Ох, Олежка, не задавай вопросы, на которые у меня нет ответов. Но моё предположение, что ты побывал в моём измерении, иначе бы ты попал в совершенно другое место.

– А вдруг другое место точь в точь как это и я сейчас попал в него?

– Выкинь всё из головы и просто наслаждайся жизнью. Придёт время, и все тайны сами раскроются. Когда-нибудь это же должно открыться…

– Сколько тут уже люди живут, три сотни лет? Открылось хоть что-то?

– Нет. Но те, кто похищает людей из других параллельных миров, впервые вернули тебя обратно или похожий мир. Теперь развязки стоит ждать намного быстрее. Глядишь, и мне доведётся на своём веку это узнать.

Олег опять начал чесать поросль на лице. Дед не выдержал:

– Пойдём, я тебя ножом